Новости

07.10.17 Наша «пианинка»: что стало с фабрикой, выпускавшей пианино «Беларусь»

Борисовская фабрика музыкальных инструментов когда-то выпускала знаменитые пианино «Беларусь», и хоть теперь древесину сюда завозят только для мебели, бывшие сотрудники до сих пор готовы вернуться на «пианинку», если для нее найдутся обещанные когда-то инвестиции.

Источник: Sputnik.by

«Душа болит», — лаконично отвечают бывшие сотрудники на расспросы о судьбе Борисовской фабрики музыкальных инструментов.

Душа за пианино «Беларусь» болела не всегда.

До распада Советского Союза фабрика была прибыльной, в лучшие времена выпускала до двух тысяч пианино в месяц, и инструменты расходились по всему бывшему Союзу.

Фабрика появилась еще в 1935 году на базе мебельного цеха лесокомбината имени Молотова, ее сотрудниками были почти три тысячи человек. Самым прославленным изделием стало именно пианино «Беларусь». Впрочем, здесь выпускали и другие инструменты — изготовленный в 70-х борисовский «БАС» стал первой белорусской моделью бас-гитары и хранится до сих пор в коллекциях ценителей.

Работники вспоминают, что борисовская фабрика стала одной из первых, кто принес в страну иностранную валюту, но с 2006 года инструменты — ни пианино, ни цимбалы — здесь больше не изготавливают, а причиной объявлено аварийное состояние зданий.

От музыкальных инструментов остались только расписанные клавишами ворота и пустые цеха. Теперь груженые древесиной машины во дворе привозят ее на распил для изготовления мебели, а помещения фабрики снимают «частники».

«Никакой музыки тут нет», — грустят сотрудники.

«Я уже десять лет работаю здесь на частника — теперь вместо пианино производят пластмассовые изделия. Но всем, кто спрашивает, говорю — осталась на нашей пианинке», — рассказала бывшая сотрудница фабрики Татьяна Васильевна Костюкович.

Корреспондент Sputnik Елена Васильева побывала в пустых цехах фабрики музыкальных инструментов и обсудила с бывшими сотрудниками, как Борисову без «Беларуси».

Концерт Мулявина и кокосы в подарок

«Про нас уже писали, когда фабрика разваливалась, — говорили, что работники покидали цеха, как при бомбежке. Всюду пианино стояли… А потом все убрали, и уже даже на складах инструментов, скорее всего, не осталось. До недавнего времени где-то здесь оставалось одно черное пианино, но где оно сейчас, не знаем. Долгое время в нас обещали вложить инвестиции, запустить фабрику заново, но сейчас цеха пустые», — рассказала бывшая сотрудница фабрики.

Татьяна Васильевна, проработавшая на фабрике двадцать четыре года, вспоминает, что работалось на фабрике и в удовольствие, и за высокую зарплату — триста рублей в месяц.

«Моя работа мне нравилась и так легко давалась! Нужно было собрать на конвейере семнадцать пианино за смену, а я делала двадцать пять. Вот только сама не играла, не люблю громкой музыки до сих пор, а тишины в цехе не было», — рассказала Татьяна Васильевна.

На фабрике изготавливали и цимбалы, и гитары — и бас, и электро, и акустические, и даже детские игрушки — маленькие цимбалы и пианино.

Выступать сюда приезжал даже Владимир Мулявин, который согласился сыграть на изготовленной здесь же гитаре, а одна из сотрудниц вспоминает, как для ее брата на фабрике собрали двенадцатиструнную гитару, на которой он до сих пор играет.

«Голландцы нам фрукты к Новому году привозили. Когда впервые привезли кокосы, мы даже не знали, что это такое. К праздникам всегда были премии. А после 90-го года начался разлад», — рассказали бывшие сотрудники.

«Как теперь людям пианино реставрировать?»

«Для Беларуси столько пианино, может, и не нужно, фабрика выпускала минимум 1700 инструментов в месяц», — рассказал Михаил Вашкевич, который на фабрике некоторое время был учеником. Окончив Институт культуры, Михаил однажды столкнулся с необходимость настроить пианино. Тут и оказалось, что настройка требует некоторого мастерства, учиться которому он решил у настройщиков фабрики.

«А потом случились девяностые: пианино начали отдавать без предоплаты. Раз приехали и не заплатили, второй раз… Фабрика начала разваливаться», — вспоминает Михаил.

Борисовская фабрика была единственной в Советском Союзе, которая изготавливала пианино с нуля, буквально из бревен. Белорусская древесина не подходит для изготовления музыкальных инструментов.

«Такой парадокс: все наши традиционные инструменты из дерева, но подходящей древесины у нас нет. Для пианино нужна резонансная ель. Речь идет об очень старых деревьях, годичные кольца у них тонкие-тонкие! Такое дерево очень хорошо звучит», — рассказал Михаил.

«Резонансная ель в обхвате огромная! — Да уж, березой не заменишь», — обсуждают бывшие сотрудники фабрики нюансы производства.

Однажды на фабрику привозили реставрировать немецкое пианино из костела — там почти ничего не осталось от внутренностей, ставили новые. А сейчас у многих проблемы с реставрацией уже борисовских пианино.

«А сколько жалоб сейчас пишут — нечем пианино ремонтировать, страдают музыкальные школы. Внутри пианино ведь фетр, шерсть, эти материалы съедает моль, а комплектующих больше нигде не найти», — рассказали бывшие сотрудники «пианинки».

«Все, кто приходят на фабрику, переживают за нее, у старых рабочих слезы на глазах. До сих пор вспоминаю, как хорошо работалось — в цеху чистенько всегда было, все работали в белых халатиках, а сейчас… Почти все работники фабрики уже на пенсии, но думаю, если бы фабрика снова заработала, и с пенсии бы вернулись сюда», — заверила Татьяна Васильевна.

От пианино к цимбалам

В Борисове некоторое время изготавливали и электропианино, которые изрядно потеснили традиционные. Но как бы хороши ни были борисовские пианино, долгое время их собирали рабочие по единой инструкции. От музыкантов порой поступали жалобы на качество звука — каждое пианино звучало по-разному, и на фабрике решили ввести новую штатную единицу — акустика. Настройщика инструментов Александра Протько отправили на учебу в Москву, и теперь он единственный в Беларуси акустик.

«После учебы Александр занял сразу две должности: инженер-акустик фабрики и начальник экспериментального участка. Этот участок сразу же начал работать в двух направлениях: улучшение звука пианино и разработка новой конструкции цимбал. На протяжении двух лет велась работа, в которой участвовали и музыканты, и инженер-акустик, и инженеры-технологи фабрики. Было создано несколько цимбал, которые получили высокую оценку специалистов. Были утверждены новая конструкция и технология изготовления, еще немного, и инструмент был бы запущен в производство, заменив старую, но всем так привычную конструкцию. Однако этого не случилось, фабрику закрыли, и всех работников (свыше тысячи человек) уволили со всеми знаниями и разработками», — рассказал Вашкевич.

Сейчас Михаил Вашкевич и бывший сотрудник фабрики Александр Протько — единственные в Беларуси изготовители цимбал. Инструменты производят вручную, мастера могут изготовить до десяти цимбал в месяц, но такого спроса на национальный инструмент нет.

«Цимбалы у нас покупают музыкальные колледжи, даже у знаменитого белорусского цимбалиста Гладкова стоят в кабинете наши цимбалы. Позитивные отзывы получали от Гомельской филармонии, там одобрили инструменты», — рассказал Михаил Вашкевич.

Последнюю партию вирбелей для цимбал купили как раз на Борисовской фабрике, когда на местных складах комплектующие для инструментов лежали еще буквально ящиками. Сейчас большую часть комплектующих заказывают в Германии.

Многие рабочие признаются, что с удовольствием вернулись бы на фабрику, если бы она снова заработала.

«Еще во времена существования фабрики к цимбалам было много нареканий по качеству звучания, как со стороны учебных заведений, особенно высших, так и со стороны профессиональных исполнителей. Инструмент, который сразу звучал по-настоящему хорошо, получался случайно и довольно редко. Очень часто на фабрике можно было увидеть представителей Академии музыки и Белгосфилармонии, которые буквально отслеживали хорошие инструменты, “договаривались” с работниками, которые сообщали им о том, что появился достойный экземпляр. И все же в середине 80-х на фабрике был серьезно поднят вопрос о том, что это не мебель, а музыкальный инструмент, и он должен достойно звучать», — рассказал Михаил.

Мастера из Борисова теперь одни из немногих, кто изготавливает цимбалы и использует полученный на фабрике опыт. Звучание борисовских цимбал оценили и профессиональные музыканты — Гомельская филармония поблагодарила мастеров за достойное звучание инструмента.

А пианино «Беларусь» все еще можно найти в музыкальных школах или в домах их выпускников, оставивших инструмент как память. В магазинах музыкальных инструментов уверяют, что «Беларусь» уже не найти, и интересуются ею только в порыве ностальгии.


Все новости

RSS-лента